Арсланова елена львовна стих молитва

Религиозное чтение: арсланова елена львовна стих молитва в помощь нашим читателям.

Арсланова елена львовна стих молитва

Компонент табылмады

Сез бу битне карый алмыйсыз, чөнки

  1. иске тамга/Сайланган тамгалар
  2. бу сайт исемлеге искергән эзләү системасы
  3. адрес төшеп калган
  4. Сезнең бу битне караргахокукыгыз юк!
  5. Соралган чыганак табылмады.
  6. Сезнең сорау буенча эшләгәндә хата килеп чыкты.

Түбәндәге битләрнең берәрсенә күчеп карагыз:

Кыенлыклар килеп чыкса администратор белән элемтәгә кереп карагыз.

Молитвы в стихах

Дай мне силы самой закончить путь земной,

Не быть обузой до могилы, чтобы не мучились со мной.

И не лишай до расставанья рассудка, здравого ума, Чтоб я за все свои деянья была ответственна сама.

Не дай мне, Бог, лишиться зренья,

сердцу застыть и зачерстветь,

Не дай, в отчаянье забвенья,

О,Боже мой, великодушный!

Терпенья дай мне и любви,

Дай сил мне оставаться нужной,

А не обузой для семьи.

Дай сил мне выдержать разлуку

С родными, близкими людьми,

Дай сил прогнать из сердца скуку,

Благослови и помоги.

Чтоб отвечать добром на зло.

Пусть каждый день счастливым будет

И чтобы всем во всём везло.

Воздай врагам всем по заслугам,

А если сможешь, то прости.

Избавь нас, грешных, от недугов,

Благослови и помоги.

Позволь исправить им грехи,

Прости строптивых, непослушных,

Прости и мне мои стихи.

За то, что я прошу так много,

Ты уж,Господь, не осуди,

Дай мне поверить в силу Бога,

Благослови и помоги.

Благослови и помоги.

Милый мой Господи, верую!

Научи оправданьем Твоим.

Душу греховную, скверную

В Духе восстанови!

Видя стремленье сердечное

Волю Твою исполнять,

Даруй мне Царствие Вечное

Имя Твое восхвалять.

Молись в день радужного счастья,

Пред трудным подвигом молись!

Молись, когда грозит несчастье,

Когда смущаешься, молись!

Когда в опасности, молись!

Молись, когда за милых просишь,

За злого недруга молись!

Когда возносишься, молись!

Молись у дорогой могилы,

За жизнь рожденную молись!

Коль победил себя – молись!

Молись в печальное мгновенье,

Чтоб Бог простил тебя – молись!

Небесный ангел мой, прошу, храни меня!

Арсланова елена львовна стих молитва

Стихи Елены Балашовой

  • Feb. 27th, 2011 at 10:40 PM

В Интернете я нашла лишь несколько стихотворений Елены Балашовой. А сборники выходят редко и очень малыми тиражами.

Моя мама знает Елену Львовну с детства, сейчас они переписываются. Очень прошу – если вас тоже тронут эти простые, пронизанные нежностью и болью стихи, напишите свой отзыв. Я распечатаю комментарии и мама вышлет их почтой в затерянный среди лесов и болот городок 🙂

Едва не замерзла ведь пьяная баба

Среди деревенских снегов.

Уже замерзала. Ах, если бы, кабы, –

Ужо натворила б делов.

Ее из сугроба едва волочила.

Душа-то живая, поди.

Ах, как же меня она сволочила,

Бутылку прижавши к груди.

Какая жестокая жуткая проза,

Откуда ж поэзии быть.

Кричала мне баба с тоской и угрозой:

"Пила, ну и буду я пить!

Меня не спасешь, будь ты трижды поэтом.

Ох, лучше бы я умерла!"

И мир раскололся, и трещина эта

Сквозь самое сердце прошла.

Уходя, оглянусь: свет в окошках горит,

Рыным-рано затопятся русские печи.

А погода-то нынче дурит и дурит,

И швыряет, шутя, мне сугробы на плечи.

Уезжаю – и вновь возвращаюсь сюда.

Слава Богу, что есть мне куда возвращаться,

Где и горе – не горе, и беда – не беда,

И где сны золотые по-прежнему снятся.

Уходя, оглянусь, и увидится мне

Эти вешки у тропки да мгла ледяная.

В семь домов деревушка на малом холме.

Сердце бьется: живая, живая, живая!

"Помнишь ли ты?" – вдруг нечаянно молвится,

Вздрогнет душа и замрет.

"Помнишь, бежали в туман за околицу?

Что там – не счастье ли – ждет?"

Где мы? Неужто, себя потерявшие

В этой безумной игре,

Звонко кукушку не станем допрашивать,

Книги читать на заре?

Мама навстречу идет.

Все, что теперь – оглянись же! – не главное.

Главное – то, что нас ждет.

Солнышко светит, и травы колышутся,

В небо вросли тополя.

Как же легко, как привольно там дышится,

Юностью пахнет земля.

Так ведь и мы (уж поверь мне, пожалуйста)

В небо, как в землю, врастем.

Словно навеки с тобой убежали мы

За голубой окоем.

Все здесь останется, нами забытое,

Лишь бы себя не забыть.

Не оттого ли собакой побитою

Плачет душа и болит?

Я в первый раз попала в зоопарк.

Все уверяли: "Будет интересно".

А я стою, как Жанна д’Арк,

И принимаю ужас муки крестной.

Мне так понятна смертная тоска

В глазах великолепнейшей гориллы,

Что бешено у самого виска

Грохочет кровь и разрывает жилы.

Без Родины?! Навеки?! Навсегда?!

И – не иметь возможности исчезнуть?!

Случись со мной такая же беда, –

Я б сразу, не раздумывая, в бездну.

Кто право дал нам этого лишать

Таких, как мы, пускай и "низший разум",

Подачки сквозь решетки им совать

И хохотать над милою проказой

Детенышей, оторванных навек

От той земли, где их рождались предки?!

О, Хомо Сапиенс, о, человек,

Стыдись, стыдись, и – отойди от клетки!

Пока еще подвластно слово,

Пока я помню наизусть,

Что "в этом мире все не ново", –

Даст Бог, до сути доберусь,

Пойму, узнаю, обозначу

То, что Поэзией зовут.

"Вот бегает дворовый мальчик. "

Два века бегает он, плут.

А я пред ним стою, немея,

Не смею даже и дышать.

Даст Бог, и, может, я сумею

Как же душу рассказать словами? –

Вновь решаю старую задачу.

В детстве было: прижималась к маме,

Мама все поймет, о чем я плачу.

Будет мне спокойно улыбаться,

Раскрывая добрые объятья.

Я теперь к земле хочу прижаться,

Словно в детстве к маминому платью.

Что в имени тебе моем?

Ну что тебе в имени легком моем

И что в этой смертной плоти?

Ты знаешь: она – только временный дом

Души, что живет в полете.

И ты на земле лишь окликни меня,

А я тебя сразу узнаю

По жару того неземного огня,

Что в сердце моем запылает.

Ты верь, что тебя непременно найду

В той жизни – высокой и вечной,

А здесь я простую ромашку в саду

Люблю за смешную беспечность,

За то, что бесстрашно под небом цветет

Сиянием плоти счастливой.

Ну что тебе в имени легком моем

Здесь, в жизни такой торопливой?

Шепни же мне весенние слова.

Я столько лет ждала их терпеливо!

Как пахла на лугах моих трава.

А я из без любви была счастливой.

"Зачем любовь? – я думала всерьез, –

Когда есть у меня земля и небо,

Когда я понимаю речь берез

И знаю вкус ржаного хлеба?!"

Мой час пробил. И мне дано узнать,

Что от любви – синей и шире небо,

И легче речь березок понимать,

И слаще вкус ржаного хлеба!

Журавли заснули на земле,

Оставляя перья среди кочек.

Я люблю дыханье тополей

И березы крохотный листочек,

Сумерек весенних смутный бред,

Кваканье бесстыдное лягушек

И земной сверкающий рассвет

Посреди полей, а не подушек.

На земле проснутся журавли,

В небо унесется клич щемящий.

Я люблю простой цветок в пыли –

Весь земной, до боли настоящий.

В день сумрачный сырого февраля

Вдруг затоскуешь черною тоскою

О том, что утром звонкая заря

Не вспыхнула над спящею рекою.

О том, что с крыш – не вовремя! – капель,

Что хочется февральской дикой вьюги,

Чтоб снег, как вор, вползал в любую щель

И предлагал бы зимние услуги.

Чтоб кошка размурлыкалась – к теплу

На жаркой печке вечером домашним,

И чтобы пах оттаявший тулуп

Полузабытым, сладостным, вчерашним.

Но день сырой ползет едва-едва,

И лень пошевелить рукою даже,

Чтоб записать ненужные слова,

Которые сырой февраль подскажет.

Внесли дрова с мороза,

У печки положили,

И запахом березы

Мне голову вскружили.

Так пахло чем-то чистым

И чем-то светлым очень,

Что показалось: листья

Проклюнулись из почек.

А после пламя билось,

Как листья, золотое,

И ночью что-то снилось

Мне светлое такое.

Мои руки грубы от работы домашней,

А на сердце нежность такая зреет

К опустевшим лесам, к этой черной пашне,

Что сказать о ней я уже не смею.

Лишь, все чаще и чаще к земле припадая,

Я над ней рыдаю, чибисом плачу,

Потому что нежность к земле такая,

Что слова уже ничего не значат.

Это угол медвежий,

Тропок милая вязь

Там, где ноги мне нежат

И осока, и грязь.

Там фиалка ночная

Хрупкой свечкой горит,

И, мой путь освещая,

Мою душу хранит.

Там тугие туманы

Светом тем осиянна,

И ничего мне не осталось,

Одна молитва на устах:

"К Тебе, о Господи, воззвах,

К Тебе воззвах. " И – легче стало.

Я не одна. Со мной Господь.

К Нему в молитвах припадаю.

Меня Он не оставит, знаю,

Когда душа покинет плоть.

Пред Ним предстану я в смятенье,

Не смея даже глаз поднять.

"К Тебе воззвах. " Дай мне смиренья

Все, все без ропота принять.

За потоками мутных словес

Не желаю я больше гоняться,

Понимая: есть Правда небес,

А не разных там партий да фракций.

Словоблудия льется поток,

Им и дела-то нет до народа.

Глянешь: чуть ли не каждый – "пророк",

Спрос на них, видно, нынче, иль мода.

Я запойных не слышу речей

И льстецам записным не внимаю.

Вижу пламя живое свечей,

И свою от него зажигаю.

Ставлю свечку, и пламя свечи

Освещает родные мне лица.

Вот – народ мой. И, если молчит,

Значит, время настало молиться.

"Мы – зараженные совестью"

Мы совестью заражены.

Болезнь неизлечима эта.

В нас чувство вечное вины

За то, что путь познали к свету.

Он труден, горек и жесток –

Путь к совести. Ее не зная,

Чем объясните вы упрек,

Что в ваши души проникает?

Страшнее СПИДа и чумы

Микробы совести восставшей.

Да, мы навек заражены.

Не в этом ли спасенье ваше?!

Иностранцам оказан почет,

Принимают по высшему классу.

Ах, как лихо гармошка поет,

Сколько выпито русского квасу,

Сколько съедено русской игры

За здоровие русских Иванов,

По законам нелепой игры

Не бывавшим вовек в ресторанах.

От земли его руки черны,

Да немного за это почету.

Виноват он всю жизнь без вины

Тем, что жизнь свою честно работал.

Иностранцам оказан почет.

Про Иванушку вновь позабыли,

А ему недосуг от забот:

Коль не он, чем гостей бы кормили?

Что он пьяница горький твердят,

Что работать Иван не умеет,

Но икру инострацы едят,

А Иван снова пашет да сеет.

"Все мало ей тряпок да хлама!" –

Ворчал он и думал о том,

Что помнится юная мама

В единственном платье простом.

Что даже картошка в мундире

Вкуснее пирожных была,

Что в этой музейной квартире

Ему не хватает тепла.

И пил из бутылки он прямо.

Все силился вспомнить, не мог:

"Пальто-то хоть было ль у мамы?"

Но видел лишь глины комок,

Приставшей на сиром кладбище,

Где мать он свою схоронил,

Где ветер бездомником свищет

Среди позабытых могил.

Ах, эта тополиная печаль

Сред снежности пустынных вечеров,

Шуршащая поземкой быстрой даль,

И близость звездных, трепетных миров.

Залубенело веточки жестки.

Ты их руками теплыми согрей,

И в той пахучей свежести руки

Услышишь жизнь подземную корней.

Всем существом, до дрожи, подивись,

Что в холод этот лютый сберегли

В глубинных тайниках большую жизнь

И нежность материнскую земли.

От многого знания – много печали.

Мне страшно. Возьми все назад.

Не помню, о чем эти птицы кричали.

О чем лепетал листопад.

О чем тосковала певучая ива

У темной холодной воды,

О чем волновалась тяжелая нива

В предчувствии близкой беды, –

Не помню, не знаю. Прими отреченье.

Мне сил не хватает забыть.

И слово уже не имеет значенья,

Которое нужно открыть.

Я много узнала, я все позабуду.

Печали мои утоли.

Как нежно сияют глаза незабудок,

Как власть беспредельна земли.

После всех величайших открытий

Тащит бабка навоз на корыте.

Где-то в космос ракету пустили,

А про старую бабку забыли.

Понимая полезность ракеты,

Я сейчас говорю не об этом:

Говорю, что ракета летает,

Бабка длинную грядку копает,

И болит у нее поясница,

И ночами все чаще ей снится

Молодой, синеглазый. Убитый.

Тот, кому в этом самом корыте

Постирала однажды рубашку

Озорная девчонка Парашка.

НТР. Шум да грохот повсюду.

Не забудь. Не забудь! Не забуду:

Тащит бабка, корыто грохочет.

Вот и все, вот и все, между прочим.

Теперь в деревне песен не услышишь:

Мерцает в окнах голубой экран.

Сооруженье странное на крыше

Ловить способно голос разных стран.

А у деревни голос стал суровым.

Его могу я точно передать.

Шарахаются бедные коровы,

Едва заслышат: "Ты. такая мать. "

Пастушью ни свирель, ни барабанку

Теперь, увы, нигде не услыхать,

Но раздается рано спозаранку:

"Ах, чтоб тебя. Такая это мать. "

Бывало, заливалась так гармошка,

Что, право, трудно было устоять.

Но. вместо слов: "родной ты мой, хороший"

Несется грозно: "Ты. такая мать. "

И разве только кто-то, сильно пьяный,

Захочет что-то нежное сказать

И пробормочет: "Ах ты, окаянный. "

Но. Тут же и добавит. эту. мать.

В захолустном глухом городишке,

Где все жители наперечет,

Под заплатанной ветхою крышей

В одиночестве бабка живет.

А точней, не живет – доживает,

Ест картошку, а в праздник – пирог.

Свои сорок рублей получает

Она точно в назначенный срок.

Все собаки в лицо ее знают.

Она кормит заблудших, худых,

А за это их пестрая стая

Охраняет ее от беды.

И, казалось бы, что в этом толку,

Что на свете так долго живет

Это бабка, к тому ж – богомолка,

Богомолки все – темный народ.

Но собаки, представьте вы, знали,

Для чего эта бабка скрипит,

И надежно ее охраняли

От житейских невзгод и обид.

А когда этой бабки не стало,

Трое суток почти напролет

Стая пестрая так завывала,

Что не выдержал нервный народ:

Кто-то выстрелил в пеструю стаю,

А потом еще долго и в смак

Толковали, что больно худая

Молодежь нынче. Хуже собак.

Скупают самовары и иконы,

Скупают патефоны, ордена.

Скупают в магазине, все законно.

Коробушка у них полным-полна.

Солдатская награда "За Отвагу".

Почем она идет у них сейчас?

Стоит старик, лицо – белей бумаги.

Солдат. Он воевал за нас. За вас!

Он кровью расплатился за награду

И выжил для того ли, он, ответь,

Чтоб в день священный горького парада

Подонок мог медаль его надеть?

Скупают ордена, а с ними души,

Но мертвые они давным-давно.

А то, что на крови – вам не разрушить,

И никому на свете не дано.

Не плачь, отец. За это униженье,

За рыночный ли, прочий ли их "рай" –

Они ответят. "Аз воздам отмщенье".

Ты только потерпи, не умирай.

Сквозь летние сумерки парка

По краю искусственных вод

Красавица, дева, дикарка —

Высокая лебедь плывет.

Животное, полное грез,

Колебля на лоне залива

Лиловые тени берез.

И мантия снега белей,

И дивные два аметиста

Мерцают в глазницах у ней.

Над белым изгибом спины,

И вся она как изваянье

Приподнятой к небу волны.

Скрипит под машинами мост,

Истошно кричат попугаи,

Поджав перламутровый хвост.

Приделаны к выступам нор,

И смотрят фигуры оленьи

На воду сквозь тонкий забор.

Весь город, сверкающий наш,

Над маленьким парком теснится,

Этаж громоздя на этаж.

У самого края стены

Крылатое диво на лире

Поет нам о счастье весны.

А насчет сходства (пусть и ассоциативного) стихов про зоопарк – на мой взгляд, оно только в этом слове 🙂 Настолько разные мысли стремятся передать два поэта.

Не мог пройти мимо,на мой взгляд,опечаток.Если ошибусь, меня поправьте.И извиняйте за дотошность),но они нарушают гармонию восприятия.

1.”Ну что тебе в имени лёгком моём”

вместо “беспечностью” просится “беспечность”.

2.”Мои руки грубы от работы домашней”

вместо “нежностью” просится “нежность”.

3.”Мы совестью заражены”

в слове “заражен” не хватает “ы”на конце.

4.”Иностранцам оказан почёт”

5.”От многого знания-много печали”

в слове”заблыть” “л” лишняя?

И, конечно, рада, что Вы разделили мой восторг!

Вам спасибо за то, что прочитали и прочувствовали!

Целебное стихотворение-молитва

Это стихотворение внесет в Ваш мир успокоение, даст телу здоровье, Душе – исцеление. Читайте его чаще и получайте наслаждение!

Это стихотворение лечебное. Когда его читаете, необходимо ярко представлять себе все, о чем говорится в тексте. Можно сделать паузу и поработать с воображением, скажем, дополнительно попросить прощение у какого-то конкретного лица или погонять энергетический шар в тех местах, где у Вас что-то болит. Включайте фантазию, воображение! Верьте в сказанное и положительный результат обязательно будет! Здоровья Вам!

Все, что я сейчас говорю о себе

Исполняется сразу, мгновенно, везде!

Во всем организме, что сильно люблю,

Которому я быть здоровым велю.

И каждое слово, и каждая мысль

Доходят до Господа, движутся ввысь,

И Господь услышит все эти слова,

И даст мне здоровья на веки, сполна!

Сначала хочу я простить всех людей

И сделаю это как можно скорей.

Прощаю родителей, мать и отца

Не надо держать на них зло до конца

Любовь, благодарность им шлю от души

Обиды с пеленок на веки ушли!

Прощаю соседей, знакомых, друзей

Прощаю чиновников разных мастей,

Я им посылаю любовь и прощенье

Пусть будет им счастье, по жизни везенье!

И пусть все, кого я обидел когда,

Забудут обиды свои навсегда

Прошу Вас, простите меня ради Бога!

И каждый идет пусть своею дорогой.

Теперь открываю я сердце свое,

Любовь пусть наполнит его до краев

Любовью к Планете, и все что на ней,

Любовью к Душе иссушенной моей!

Пусть светлое чувство вольется рекой,

Пусть сердце мое обретает покой

Работает сильно, уверенно, мощно!

Без всяких там сбоев и денно и нощно.

Я эту Любовь черпаю ладошкой

И каждому органу дам понемножку

Потом дам еще, с каждым разом все больше

Пусть плещется там это чувство подольше!

А лучше, оставлю его навсегда

Пусть будут заполнены им все места:

Все жилки, все нервы, все вены мои

Пускай наполняются морем Любви!

А рядом со мной Бог поставил сосуд

Здоровье и Юность находятся тут

Беру, не стесняясь, ведь дали же мне

И я благодарен за это судьбе!

Я этот коктейль собираю в пучок

И струйкой вливаю его в родничок

Открыт он еще на макушке моей

Пусть льется здоровье туда веселей!

И вот уж наполнено тело сполна

И ходит по телу здоровья волна

От пяток до носа, туда и обратно

И мне хорошо и для тела приятно!

А дальше в ладошках рождаю клубок

Энергии огненной плотный моток

Он очень горячий, он пышет огнем,

Он светится ночью, он светится днем.

Ладошками вверх я его поднимаю

И в свой родничок осторожно впускаю

Клубочек как теннисный мячик всего

Но он не простой, нужен он для того,

Чтоб в теле моем он болезни нашел,

На себя накрутил и из тела ушел.

И вот я по телу гоняю клубок

Вверх – вниз, вправо – влево, и прямо и в бок

Оценка 4.1 проголосовавших: 27
ПОДЕЛИТЬСЯ

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here